Жил-был старик, у него были кот да петух. Старик ушел в лес на работу, кот унес
ему есть, а петуха оставили стеречь дом. На ту пору пришла лиса.
Кикереку-петушок,
Золотой гребешок!
Выгляни в окошко,
Дам тебе горошку.
Так лиса пела, сидя под окном. Петух выставил окошко, высунул головку и
посмотрел: кто тут поет? Лиса схватила петуха в когти и понесла его в гости.
Петух закричал: "Понесла меня лиса, понесла петуха за темные леса, в далекие
страны, в чужие земли, за тридевять земель, в тридцатое царство, в тридесятое
государство. Кот Котонаевич, отыми меня!" Кот в поле услыхал голос петуха,
бросился в погоню, достиг лису, отбил петуха и принес домой. "Мотри[[1 -
Смотри.]] ты, Петя-петушок, - говорит ему кот, - не выглядывай в окошко, не верь
лисе; она съест тебя и косточек не оставит".
Старик опять ушел в лес на работу, а кот унес ему есть. Старик, уходя, заказывал
петуху беречь дом и не выглядывать в окошко. Но лисица стерегла, ей больно
хотелось скушать петушка; пришла она к избушке и запела:
Кикереку-петушок,
Золотой гребешок,
Выгляни в окошко,
Дам тебе горошку,
Дам и зернышков.
Петух ходил по избе да молчал. Лиса снова запела песенку и бросила в окно
горошку. Петух съел горошек и говорит: "Нет, лиса, не обманешь меня! Ты хочешь
меня съесть и косточек не оставишь". - "Полно ты, Петя-петушок! Стану ли я есть
тебя! Мне хотелось, чтоб ты у меня погостил, моего житья-бытья посмотрел и на
мое добро поглядел!" - и снова запела:
Кикереку-петушок,
Золотой гребешок,
Масляна головка!
Выгляни в окошко,
Я дала тебе горошку,
Дам и зернышков.
Петух лишь выглянул в окошко, как лиса его в когти. Петух лихим матом закричал:
"Понесла меня лиса, понесла петуха за темные леса, за дремучие боры, по крутым
бережкам, по высоким горам; хочет лиса меня съести и косточек не оставити!" Кот
в поле услыхал, пустился в догоню, петуха отбил и домой принес: "Не говорил ли я
тебе: не открывай окошка, не выглядывай в окошко, съест тебя лиса и косточек не
оставит. Мотри, слушай меня! Мы завтра дальше пойдем".
Вот опять старик на работе, а кот ему хлеба унес. Лиса подкралась под окошко, ту
же песенку запела; три раза пропела, а петух все молчал. Лиса говорит: "Что это,
уж ныне Петя нем стал!" - "Нет, лиса, не обманешь меня, не выгляну в окошко".
Лиса побросала в окошко горошку и пшенички и снова запела:
Кикереку-петушок,
Золотой гребешок,
Масляна головка!
Выгляни в окошко,
У меня-то хоромы большие,
В каждом углу
Пшенички по мерочке:
Ешь - сыт, не хочу!
Потом прибавила: "Да посмотрел бы ты, Петя, сколько у меня редкостей! Да
покажись же ты, Петя! Полно, не верь коту. Если бы я съести хотела тебя, то
давно бы съела; а то, вишь, я тебя люблю, хочу тебе свет показать, уму-разуму
тебя наставить и научить, как нужно жить. Да покажись же ты, Петя, вот я за угол
уйду!" - и к стене ближе притаилась. Петух на лавку скочил и смотрел издалека;
хотелось ему узнать, ушла ли лиса. Вот он высунул головку в окошко, а лиса его в
когти и была такова.
Петух ту же песню запел; но кот его не слыхал. Лиса унесла петуха и за ельничком
съела, только хвост да перья ветром разнесло. Кот со стариком пришли домой и
петуха не нашли; сколько ни горевали, а после сказали: "Вот каково не
слушаться!"