Выбор сказок

Категории раздела
Владимир Машков [29]
Последний день матриархата
Михалков Сергей [74]
Басни
Валерий Медведев [27]
Приключения солнечных зайчиков
Григорий Ильич Мирошниченко [27]
Юнармия
В стране вечных каникул [55]
А. Алексин
Истории про изумрудный город [208]
ВОЛКОВ Александр Мелентьевич
Три толстяка [14]
Юрий Олеша
Алёнушкины сказки [9]
Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
Баранкин, будь человеком! [36]
Дочь Гингемы [15]
Сергей Сухинов
Юмористические игры для детей [196]
Ходячий замок [20]
Мурли [19]
Сказки для тебя [71]
ВОЛШЕБНЫЕ СКАЗКИ [69]
Приключения Тома Сойера [82]
Приключения двух друзей [46]
Проданный смех [84]
Приключения Рольфа [72]
Эрнест Сетон-Томпсон
Легенды ночных стражей. Осада [38]
Новые приключения Буратино [54]
Актуальные сказки [77]
Уральские сказы [100]
Пеппи Длинный чулок [31]
Интересное [3]

Воити


Последнее прочитанное
КТО КОГО?
СЕРЕБРЯНЫЙ ОБРУЧ
ПЕРВОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ЭЛЛИ В ВОЛШЕБНУЮ СТРАНУ
8
ЗА УСЫПИТЕЛЬНОЙ ВОДОЙ
ГРАФИНЯ-КОЛДУНЬЯ
ЖЕЛТЫЙ ОГОНЬ
ПОБЕДА НАД БЛИНКИ
Свинина — самое популярное мясо
ЛЕДИ АУРА
СТАРИЧОК ВРЕДИН
КОРОЛЬ ГНОМОВ СЕРДИТСЯ
СТРАШИЛА ВСТРЕЧАЕТ НЕПРИЯТЕЛЯ
КОРОЛЕВСКАЯ ФАМИЛИЯ ЭВ

Статистика

Онлайн всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0

Начало сказки

Попасть в сказку

Вход
Добро пожаловать Гость | RSS


Сказки


Пятница, 20.09.2019, 21:51
Главная » Статьи » Григорий Ильич Мирошниченко

СЕНЬКА КРАСНОАРМЕЕЦ
Большими пушистыми хлопьями падает снег на мерз­лую землю. Ветер с Кубани подхватывает не успевшие упасть снежинки и кружит их над землей. За поселком по степям, по глубоким балкам, по зуб­чатой горе Бударке, гонит ветер целые тучи снежной пыли. Еще так недавно здесь было лето. Мы бегали босиком по мягкой пылюге, наперегонки переплывали Кубань. А те­перь Кубань скрыта под крепким бурым льдом. Давно мы не ходили к Порфирию. Андрей велел нам не показывать никуда носа, ждать, пока он сам не придет за нами. Но Андрей не приходил. Мы с Васькой болтались без дела на дворе. Почесав затылок и сдвинув на лоб лохматую шапку, Васька сказал мне: – А знаешь, зря мы запрятали винтовки в нашем са­рае. – Что же ты раньше думал? – сказал я. – Ничего не думал. Вы сами должны были думать. Старшие! Начальники! Надо было где‑нибудь за поселком зарыть, в поле… Андрей всегда так – давай да давай… Ду­рила твой Андрей, а не командир отряда – вот что! – Андрея не смей ругать! – крикнул я. – При чем тут Андрей? Мы сами отряд организовать решили, сами и вин­товки крали. Небось никто тебя не заставлял. Сам первый лез. – Сам, сам, – буркнул Васька и опустил голову. – Чего же ты хочешь? – Чего? Винтовки не хочу чтобы у нас в сарае лежа­ли. Забирайте их, куда хотите, – и шабаш. Я обозлился и сказал Ваське шепотом: – Да ты что? Очумел? Только начни винтовки пере­таскивать – тебя сразу и зацапают. Трус ты, Васька, и больше ничего. Мы тебя из отряда прогоним. Выроем из земли ящик и вычеркнем тебя из протокола. Васька ухватил меня за рукав. – Постой, Гришка. Не трус я. А только страшно чего‑то… Вдруг казаки к нам во двор заскочут?.. – Ну да, заскочут! – передразнил я Ваську, а сам при­слушался. На улице за воротами по мерзлой земле прозвякала подковами лошадь. – Мимо, – сказал Васька и перевел дух. Мы присели на камень у ворот. От нечего делать ре­шили закурить. Вытряхнули из карманов перемешанный с хлебными крошками зеленый табак, из толстой серой бума­ги скрутили цигарки и стали пускать серовато‑бурый воню­чий дым. Ветер сдувал с наших цигарок крупные искры и кружил их по двору. Мы курили молча. Васька то слюнявил разваливавшу­юся цигарку, то сплевывал на землю махорочные крошки. – А как ты думаешь, Гришка, – вдруг спросил он, когда цигарка у него потухла, – придет Андрей или не придет?.. Может, сходим к нему, а? В эту минуту с треском откинулась калитка, и мимо нас во двор проскочил Андрей. Он был в серой папахе и дуб­леном полушубке – по‑зимнему. – Андрейка, куда ты? – закричали мы. Андрей взмахнул на бегу руками и круто повернулся. – А, здорово, пулеметчики! – сказал он. – Вы что тут делаете? – Тебя поджидаем, – сказал я. Васька молчал. – Да вы чего, ребята, нахмурились? Что, Васька, целы у тебя винтовки, не проворонил? – Целы, – ответил Васька и посмотрел на меня. Андрей похлопал Ваську по плечу. – Ну, молодец караульщик. Благодарность от отряда получишь. А сейчас, ребята, пойдем за Семеном. Его надо к Порфирию сводить. – Давно пора, – сказал Васька. Мы двинулись к Сенькиному бараку. В конце улицы, около вокзала, мы встретили верховых. Они ехали в две шеренги по краям дороги, а между ними шагали грязные, разутые, сгорбившиеся от холода масте­ровые. – Смотри, Гришка! – сказал Андрей. – И старика Дюбина ведут. Все за Сыча проклятого. Я толкнул Ваську в бок: – Вот если будем перетаскивать с места на место вин­товки – и нас с тобой так поведут. – Боялся я их! Казаки и мастеровые свернули направо, а мы пошли дальше. Семен сидел на подоконнике и смотрел на улицу. За­видев нас, он в чем был, без шапки, без полушубка, вы­бежал за ворота. – Чучела! Раньше не могли прийти! Сижу‑сижу, жду‑жду, думал, вас уже казаки постреляли. Видели, сколько они мастеровых повели? – Видели, – сказал Андрей. – В первый раз это, что ли? Каждый день водят. А ты собирайся, Сенька, да жи­вее. К Порфирию, к нашему красноармейцу, пойдем. Сенька вбежал в дом и сейчас же вернулся, натягивая на себя куртку из красноармейской шинели. Мы побежали в железнодорожный тупик. У самых ворот тупика – казачий разъезд. – Катай назад, а то Порфирия выдадим, – чуть слыш­но сказал Андрей. Мы кинулись бежать вдоль высокой серой ограды. За углом, у старых цементных труб, мы остановились. Эти трубы лежали тут на земле без толку уже четвер­тый год. – Васька… – сказал Андрей. – Что? – Ты меньше всех, тебя не заметят. Стой здесь и по­глядывай за угол. А как уедут казаки, дай знать. Мы в трубах запрячемся. У Васьки затряслись губы, но он не промолвил ни сло­ва и остался на углу, прижавшись к ограде. А мы забрались в цементную трубу и просидели там, не разговаривая и почти не шевелясь, с полчаса. Только изредка мы подносили ко рту сложенные лодочкой руки и тихонько дули на покрасневшие, застывшие пальцы. Наконец мы увидели Васькины ноги. Васька остано­вился перед трубой, в которой мы сидели, и отрапортовал шепотом: – Разъезд отступил на Голопузовку… Раненых и уби­тых нет… – Ай да Васька! Ай да боевой разведчик! – смеялись мы, выбираясь из трубы. – Ну, пошли скорее, – сказал Семен. Мы побежали вдоль ограды к воротам. Казаков как не было. Только на том месте, где стоял их разъезд, осталась свежая куча навоза. Мы шмыгнули в тупик – Вот под этим вагоном мы и нашли Порфирия, – говорил Васька Семену, задыхаясь от бега. – А теперь Порфирий живет вон там, на чердаке. Мы взобрались по лестнице, заваленной снегом, и остановились на трухлявой площадке. Чердак мы едва узнали. Из всех щелей торчали пучки соломы Как будто она росла на двери и на стенах. Андрей легонько толкнул коленкой дощатую дверь. Дверь скрипнула. – Товарищ Порфирий… – шепотом позвал Андрей. – Это вы, ребята? – отозвался хриплый голос из даль­него угла. – Красноармеец? – спросил меня Сенька. – Он. Сенька шагнул было вперед, но Васька дернул его за куртку. – Постой, Сенька, я пойду первый, а то он испугается, если чужого увидит. И Васька первым вошел на чердак. За ним двинулся Андрей, потом я, а сзади всех Сенька. Порфирий сидел в углу чердака, съежившись, нахло­бучив капюшон на голову. – Что за парень? – тихо спросил он, мотнув головой в сторону Сеньки. – Это тоже красноармеец, – сказал Васька. – Это Сенька, тот самый, про которого мы тебе говорили. Ты его еще в отряд записал. «Семен В.» – помнишь? – Сенька? Ну, здорово, ежели ты Сенька. Да ты в са­мом деле красноармеец хоть куда – в сапогах! Ого, брат, какой ты! – Он и фуфайку получил, – сказал Васька. – А махор­ки ему по две пачки в день выдавали. – Ну? Неужели по две? – с завистью спросил Порфирий. – Ей‑богу, – забожился Васька. – Ему и шаровары выдали. Ватные. Смотри. – И Васька ухватился за Сенькины штаны. – Да отстань ты! – толкнул его Сенька. – Так, – усмехнувшись, сказал Порфирий. – Ну, док­ладывай, где ты побывал? – На фронте. – Во как! На фронте! Ну, садись, рассказывай нам, как там товарищи справляются. – Ой и тяжело нашим, товарищ красноармеец, ой и тяжело! Снарядов никаких нет. В «Победу» последние че­тыре влепили. Саббутин – командир батареи – говорил: больше двух ни за что нельзя на нее тратить, а то, мол, запасов нет. Ну, а командир взвода не удержался. «На удар, – кричит, – трубка ноль!» Отчаянный парень! Да снаряды – это еще не все… А вот тиф там… Сыпняк. Боль­ные в окопах лежат, на станциях вповалку валяются, в вагонах, кругом… – А нам чего же ты про тиф не рассказывал? – спро­сил Васька. – Не мешай, Васька, не суйся, – толкнул его Андрей. – Народу видимо‑невидимо помирает… – сказал Сень­ка, промолчав. – В прошлый вторник человек сорок хоро­нили. Я тоже ходил копать братскую. Страшно! Теперь отступать решили. Говорят, за Куму‑реку отступят. Дер­жаться нечем. Снаряды доставать неоткуда. А главное, сыпняк косит людей… Я слушал Сеньку и думал: как же так? Сколько крас­ноармейцев было. Ведь сам же я видел, когда эшелоны отправляли… И теплушки набиты были, и на лошадях, и на автомобилях ехали, и пешие шли… А он говорит – лю­дей нет. И мне представилось вдруг, что там, за семафором, в стороне Курсавки, одни мертвецы лежат. И среди мертве­цов ходит дядя Саббутин, высокий, в полушубке, с тяже­лой артиллерийской шашкой на боку. Я посмотрел на ребят. Они сидели насупившись. На чердаке было тихо, неуютно, сыро. – А ты что ж про Сорокина не говоришь? – сказал на­конец Васька. – А что Сорокин? – насторожился Порфирий. – Изменил нашим. Продал Красную Армию. Сволочь, офицер белогвардейский вот он кто оказался. – Изменил? – переспросил Порфирий. – Так и надо было ожидать. Красноармейцы давно про него говорили, будто он снаряды с флангов белым передает. – Кто же теперь командовать будет? – спросил Вась­ка и вздохнул. – Тебе, видно, придется. Больше некому, – сказал Андрей. – Да ты брось шутить, не до шуток теперь, – огрыз­нулся Васька. – Вы лучше нам, товарищ красноармеец, скажите, – обратился он к Порфирию, – что мы теперь де­лать будем? – Воевать будем, – сказал Порфирий. – А чем же воевать, когда патронов у наших нет? – Ни к чему, выходит, мы отряд свой строили, – тихо сказал Андрей. – Все равно – пропадать теперь. Мы совсем опустили головы. Уж если Андрей говорит «пропадать», – значит, верно, пропадать. Не придут крас­ные к нам. Всегда у нас шкуринцы стоять будут. Заберут всех по одному деповских и в станице постреляют… – Ребята, – вдруг громко сказал Порфирий. Мы все повернулись к нему. – Расскажу я вам такой случай. Товарищ у меня был, первый друг. Степаном его звали. Вот лежим мы раз в окопе под Беломечеткой. Окружили нас шкуринцы со всех сторон. Прорваться нет возможности. А дело это летом было. Ветром так и колышет траву. Впереди орешник. Неприятелю из‑за кустов хорошо видать нас, а нам ниче­го не видно. Послали мы троих в разведку. Ползут они по траве вперед. Только до леска добрались – затрещали пу­леметы. Так они и не воротились Послали еще троих – вправо, дорогу искать. Тихо было, вот как сейчас. Ждали мы их, ждали, и тоже не дождались, хоть выстрелов и не было. Видно, их живьем захватили. Послали мы троих влево. Только они отползли шагов сорок, как их пулями на месте уложили. Тогда мы решили послать шесть человек зараз. И все равно никто из них назад не пришел. Напирали на нас белые в три цепи. Такого огня ни­когда я не видал. Кругом нас землю глыбами поднимало и сыпало мелким дождем. «Ну как, прорвемся или сдаваться будем? – спраши­вает у меня Степан. «А ты думаешь – живым тебя оставят, если сдашься? – говорю я ему. – Все равно – конец». «Ну тогда, значит, прорываться надо. Вставай!» Поднялся Степан – в одной руке граната, а в другой винтовка. Идет во весь рост, не пригибаясь… – Дядя Порфирий, он один пошел? – спросил Васька. – В том‑то и дело, Вася, что один. Все лежали в око­пах. Ждали чего‑то. Даже обозлились на Степку, когда он пошел на верную смерть: «Вот, – говорят, – и сам пропа­дет, и нам теперь конец – откроют всех и перебьют». Вдруг, глядим, Степка наш упал на левую ногу. Потом поднялся, повернулся к нам и махнул бомбой. «Выле­зай!» – кричит. И выкинул бомбу вперед. А сам будто споткнулся, сел. Тут у нас на правом фланге как закричат: «Бей шкуринцев! Забегай с левого фланга!» И побежали мы все. Добежал я до Степана, а он еще дергается, головой мотает. Больше его я не видал. Сбили мы у опушки огневые точки противника, а потом, не давая осесть, гнали шкуринцев до самой реки. Назад ворочаться, конечно, смысла не было. Так я и не знаю, кто подобрал моего товарища и где его зарыли. Ясно только – в живых его нет, а то бы где‑нибудь объявился. – Дядя Порфирий, – сказал Васька, – а он, товарищ ваш, который первый поднялся, он здоровый, наверно, высокий такой был, да? – Нет, не высокий – сказал Порфирий, – а совсем ко­ротенький, такой вот, как ты, Вася, только пошире в пле­чах… Так вот видите, ребята, нам уж совсем казалось тогда, что конец пришел, а смотрите – вылезли. Значит, и теперь вылезем. Только духом не падай да помни, что ты не один… – Дядя Порфирий, – сказал опять Васька, – отчего же он один пошел? – Кто он? – Да товарищ ваш, Степка. – А потому, что мы вначале, как тебе сказать… струсили малость. Если бы все пошли разом, то пожалуй, и он бы живой остался, и с неприятелем бы мы скорее по­кончили. В бою ведь каждая минута дорога. Вот и теперь дремать не надо. Ничего, что армия отступает. Она вер­нется еще да так погонит белых, как мы их гнали под Беломечеткой. А нам здесь надо встречу готовить, деповских да станичных собирать в одну шеренгу. Я сразу представил себе, как мы идем длинной‑длинной шеренгой, потом строимся по два, по четыре. Мы уже не ребята, а боевые красноармейцы. Большевики. Плечо мое режет тяжелая винтовка. Я поправляю ее и подтягиваю ремень. Мы идем по дороге на Кубань. Земля ухает под ровным шагом крепких сапог. Звяка­ют котелки, привязанные к нашим поясам. Подходим к реке. Летний ветер несет сырой запах ка­мышника. Летний!.. Какой черт – летний!.. Снег по‑преж­нему тарахтит сухими крупинками по крыше чердака и залетает мелкой пылью во все щели. Наш красноармеец сидит согнувшись, засунув озябшие руки в рукава, а перед ним Сенька, Андрей, Васька и я.

Категория: Григорий Ильич Мирошниченко | Добавил: tyt-skazki (25.10.2010)
Просмотров: 2558 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Слушать сказки

Популярное
ГНОМ В КАРМАНЕ
Непокорный князь
БАБУШКИНЫ ПИРОЖКИ и канадская технология
Цвет Измены
НЕТ КОЗЫ С ОРЕХАМИ
ТИТО
КОРОЛЬ ГНОМОВ
СВИНОПАС
АЛМАЗНЫЙ ЛЕБЕДЬ
УРАГАН
ПРИЕМ У ОЗМЫ
ПРОИСКИ КРЫЛАТЫХ ЛЬВОБЕЗЬЯН
История Ложной Черепахи

Случайная иллюстрация

СказкИ ТуТ © 2019