Однажды одной Двери надоела её жизнь.

 «Ну что такое, в самом деле, – думала Дверь и нервно скрипела. – Работа вредная: всё время на сквозняке. Каждый, кому не лень – ногой бьёт, уже вся в ссадинах, каждая дощечка ноет. 

К тому же, никакого творчества: «откройся – закройся», вот тебе и всё.

 И вообще…»
Дверь точно не знала, что именно «и вообще», но так всегда бывает: стоит начать жаловаться самому себе на жизнь – на ум сразу приходит масса всяких грустных, ненужных, тревожных и прочих неприятных мыслей, но всегда остаётся ощущение, что не пришло ещё больше.

 «И ведь самое обидное, – гневно скрипнула Дверь, – что, в сущности, никто не обращает на меня внимания. Привыкли: «туда-сюда» – и всё. 

Они, наверное, думают, что каждый так может – на сквозняке, без творчества, в ссадинах… Ладно-ладно, я заставлю их обратить внимание на меня».
Как известно, чтобы обратить внимание на себя, надо сделать то, чего от тебя никто не ждёт. И Дверь закрылась. Плотно. Крепко. Навсегда.
Сначала все удивились. Стали стучать. Колотить. Потом – просить.

 Всё без толку. Что оставалось делать? Пришлось рядом со старой Дверью выдолбить новую.
А старую Дверь забили. За ненадобностью. 

И она превратилась в часть стены.
По ночам старая Дверь вздыхала и говорила своей новой соседке – Двери:
– Не хочешь дать дуба и стать просто частью стены – работай, пока дают, и не жалуйся.