После исчезновения Ментахо и его жены рудокопы с Жевунами стали на
ночь запираться в своих жилищах на маленькие деревянные засовы. Хоть та-
кая защита была не очень надежная, чувствовали они себя все же спокой-
нее. Совсем робкие жители, те, что хотели быть в полной безопасности,
перебрались на жительство в подземную пещеру.
Инопланетяне смекнули, что их пребывание в Ранавире для землян больше
не тайна. Да разве скроешься, когда по лесным окрестностям бродил не ка-
койнибудь десяток людей, а экипаж огромного космического звездолета! И
когда арзаки работали, тут уж были и всполохи огня, которые не спрячешь,
и стук, грохот, рокотание, которые гулко отдавались в горах, а потом их
разносило эхо. Пришельцы перестали таиться. Стрекочущие вертолеты появ-
лялись над страной днем, с них производили съемки, составляли карту.
Как магнит притягивал инопланетян Изумрудный город. Иной раз вертолет
подолгу висел над ним, менвиты любовались его красотой: ничего подобного
не было на Рамерии.
Из Ранавира отправлялись партии геологов - вертолеты требовали топли-
ва. От Кругосветных гор попрежнему доставляли все новые пробы, а Ильсор
недовольно твердил:
- Низкое качество. Не пригодно.
Баан-Ну он объяснял:
- Из худа не сделаешь хорошо, мой генерал, Зачем рисковать вертолета-
ми? И время терпит - народ миролюбивый.
На западных отрогах Кругосветных гор геологи обнаружили две заброшен-
ные шахты и вблизи них небольшие курганы из каменных пород, извлеченных
из этих шахт. Установить, что добывали в шахтах прежде, не составило
труда. В отработанных породах обнаружили прозрачные зеленые крупинки то-
го минерала, который дал название прекрасному городу землян.
О ценной находке сообщили Баан-Ну, и нужно было видеть, как засверка-
ли его глаза, когда он узнал о существовании Изумрудных копий.
К очистке шахт и креплению сводов подземных галерей приступили без
промедления. Два десятка арзаков под присмотром геолога-менвита уже че-
рез два дня добыли первые изумруды. Некоторые из них были величиной с
грецкий орех. Генерал боялся верить такой крупной удаче: на Рамерии
изумруды ценились не дешевле алмазов, и добытые драгоценности исчезли в
его сейфе. Любуясь по вечерам их переливами, Баан-Ну думал о неисчисли-
мых сокровищах Изумрудного города. Он не знал, что рядом с настоящими
изумрудами хитроумный Гудвин поместил просто зеленое стекло.
- Когда я заберу отсюда все сокровища, я стану великим богачом Раме-
рии, - мечтал Баан-Ну, и глаза его блестели.
Ментахо и Ильсор виделись каждый день. Появляясь в дверях каморки
затворников, Ильсор, улыбаясь, приветствовал их:
- Теру, меруи!
От говорильной машины Ментахо уже знал - это означает:
- Здравствуйте, друзья!
- Теру, теру, - отвечал ткач, - эм ното Каросси! - Что значило:
"Здравствуй, здравствуй, рад тебя видеть!"
Вождь арзаков и бывший король смотрели друг на друга с искренним дру-
желюбием. Однако разговор все еще клеился плохо. Ильсор передал генера-
лу, что говорильная машина медленно справляется со своими обязанностями,
и предложил собственные услуги.
- Беллиорец, - сказал он, - должен говорить на менвитском языке без
передышки. Мой план такой: нужны впечатления. Жизнь, лишенная впечатле-
ний, не располагает к откровенным разговорам.
Баан-Ну одобрил план Ильсора и разрешил ему действовать самостоя-
тельно. Послушный слуга разузнал, чем Ментахо увлекался, И в тот же день
ткач сидел за своим станком; были довольны оба и пели оба: станок вере-
щал от радости, и это было похоже на музыку, а Ментахо мурлыкал про себя
песенку.
Ментахо сразу прибавил в знании языка. Он занимался усердно, и машина
ставила ему за ответы "10","11","12" - таковы были высшие баллы у менви-
тов.
- Ты прав, Ильсор, - говорил генерал, - и верно: много впечатлений -
много слов.
- А много слов, - поддакнул слуга, - вы ближе к цели - установлению
своего господства.
- Мне известен еще один способ расшевелить людей, - уверенно заявил
Баан-Ну, - он безотказный, он даст самые большие результаты.
Генерал вытащил из шкатулки два прозрачных изумруда. В комнате плен-
ников он положил их перед Ментахо.
- Ну-ка, гляди-ка сюда, - нетерпеливо придвинул Баан-Ну драгоценности
ткачу.
Машина тут же переводила. Ткач посмотрел.
- Угу, - сказал он.
Машина молчала.
- Нравится? - спросил генерал.
- Угу, - кивнул Ментахо.
Машина не смогла перевести это "угу", а ткач больше ничего не гово-
рил. Баан-Ну сидел озадаченный. Увидев скучающий взгляд Ментахо, он по-
нял - его камушки не подействовали, и рассердился.
- Что, неинтересно смотреть на изумруды? - спросил он Ментахо.
- Угу, - снова ответил ткач.
Генерал решил, что "угу", - какое-то главное, хотя и непереводимое
слово у землян.
И вот бывший король выучил назубок менвитский алфавит, прочел бук-
варь, приступил к чтению хрестоматии менвитской литературы. Свободно
разговаривать на языке Пришельцев он с помощью Ильсора совсем скоро нау-
чился. Ильсор управлял говорильной машиной, заставлял ее с непостижимой
быстротой запоминать все новые и новые слова землян, сообщать также, как
эти слова произносятся по-менвитски.
Зато Эльвина попала в безнадежно отстающие, у старушки не было ника-
кого желания учить язык незваных гостей.
Когда, по мнению Баан-Ну, пленник достаточно усвоил менвитский язык,
а говорильная машина могла бесперебойно (столько много в ней содержалось
информации) делать переводы, генерал в сопровождении Ильсора прибыл в
комнату затворников для беседы с Ментахо.
Баан-Ну первым делом принялся расспрашивать пленника о его стране.
Ментахо вел себя осторожно: он уже получил наставления от Страшилы, что
и как говорить. Рассказывать, что страна Волшебная, было не нужно. Стро-
го-настрого запрещалось упоминать о сказочных феях Стелле и Виллине.
Нельзя было проговориться, что птицы и звери понимают человеческую речь.
Существование Страшилы и Дровосека тоже должно было остаться тайной.
- Скажи, Ментахо, как называется страна, в которой мы находимся? -
спросил генерал.
Машина вздыхала, мигала, попискивала, старательно переводя то на один
язык, то на другой,
- Гудвиния, господин генерал, - ответил ткач по-менвитски.
- А почему она так называется? - последовал вопрос.
- По имени Гудвина, который прославился военными подвигами, - сказал,
не сморгнув, Ментахо, но, правда, сказал на своем языке, сочинять на чу-
жом ему было еще трудно.
- Гудвин - король? - спросил генерал. Получив утвердительный ответ,
он поинтересовался:
- Значит, у вас были войны?
- Еще какие! - похвастался Ментахо. - Армия Гудвина славится необы-
чайной храбростью. Она одержала победы над могущественными государствами
Гингемией и Бастиндией.
Ткач плутовал, но пользовался подлинными именами, чтобы не запу-
таться.
- У вас есть пушки? - продолжал расспросы Главный Пришелец.
- Пушка у нас только одна, - честно признался Ментахо, - но зато ка-
кая! Одним выстрелом может положить целую армию деревянных солдат.
- Каких солдат? - не понял генерал.
Ментахо сказал лишнее и молчал, Баан-Ну решил - говорильная машина
сделала неверный перевод.
Как бы там ни было, разговор инопланетянину нравился меньше и меньше.
- Ну, а Гудвин продолжает править страной? - поинтересовался он.
- Нет, господин генерал. Он улетел на Солнце.
- То есть, как улетел?
- На этом, на воздушном...
- Корабле? - спросил генерал.
- Вот-вот, - подтвердил ткач.
Заявление о межпланетном путешествии Гудвина (а именно так понял его
полет Баан-Ну) подействовало на генерала удручающе. Он поморщился, но
продолжал расспросы.
- А скажи, друг Ментахо, кто жил в Ранавире? - нечаянно назвал ткача
"другом" Баан-Ну, до того он был озабочен. - Такой громадный замок...
Ментахо догадался: его спрашивают про бывшего владельца замка. Но он
ничего о Гуррикапе не знал. Все же Ментахо не растерялся,
- А... это так, - неопределенно махнул он рукой, - строитель замка
Гуррикап.
- В Гудвинии есть великаны? - с колотящимся сердцем задал свой глав-
ный вопрос Баан-Ну.
- Куда им деваться? Водятся еще, - как ни в чем не бывало сказал Мен-
тахо.
Холодный пот вдруг прошиб рамерийца, но он, пока не узнал подробнос-
ти, продолжал беседу.
- У великанов свое королевство? - как можно невозмутимее спросил он.
- Нет, великаны живут поодиночке, - рассказывал Ментахо. - Видите ли,
они настолько свирепы, что не могут ужиться друг с другом. Как встретят-
ся, так и начинают швырять один в другого камни.
Хоть король Ментахо и превратился под действием Усыпительной воды в
ткача, характер его положительно не менялся. Лгал он вдохновенно, с пол-
ной самоотдачей, при этом глядел в глаза собеседнику - продолговатые,
суровые, от рассказа ткача изумленно расширившиеся.
Лгал он по-королевски!
Главный менвит молчал, растерянность подвела его. Он даже про свой
взгляд забыл, а то бы мог приказать что угодно, например, говорить прав-
ду.
Встретившись в следующий раз с Ментахо, БаанНу менял порядок вопро-
сов, задавал их врасплох. В ответах ткача повторялись все те же имена.
"Нет, невозможно допустить, что этот легкомысленный человек, этот
вертопрах, врет, - размышлял генерал. - Ну, конечно, привирает. Характер
у него широкий, но, думаю, самую малость".
С момента приземления Баан-Ну не раз вспоминал о том, что правитель
Рамерии Гван-Ло ждет от него сигнала о покорении Беллиоры. Надо было то-
ропиться.
Прежде всего, инопланетяне окружили Гудвинию цепью радарных устано-
вок,
Баан-Ну приказал расставлять радары километрах в пяти-десяти один от
другого. Так обеспечивалась, по его мнению, полная защита границы между
Гудвинией и Большим миром.
Пушки выгрузили из "Диавоны", но радары пришлось все же строить.
Пока арзаки монтировали установки, вертолетчики-менвиты поднимались
на самые высокие вершины Кругосветных гор, расчищали площадки, ставили
поворотные круги для пушек. Вращающаяся антенна радара улавливала приб-
лижение любого живого существа, электронное устройство посылало радио-
сигнал в Ранавир, а кроме того, наводило самозаряжающуюся пушку на живую
цель.
Работы были закончены. Но установки не включались. Целый час их дер-
жали на ограничителе, чтобы дать возможность вертолетам улететь в ла-
герь.
Надежность установленной системы один из летчиков испытал на себе. У
него неожиданно провисла дверца вертолета, и, налаживая ее, он провозил-
ся больше часа. Занятый починкой, пилот не сориентировался во времени,
забыл про ограничитель, а, когда пустился вдогонку за остальными, вслед
ему грянул выстрел. Летчик был ранен, хорошо еще, не убит, и с большим
трудом посадил вертолет на дно ущелья. Как же он изумился, когда к нему
в палатку, где он лежал забинтованный, прибыл посыльный от Баан-Ну (ко-
нечно, это был Ильсор) и принес вместо выговора приказ о награждении ор-
деном Луны. Так высоко Баан-Ну оценил вовсе не ротозейство летчика. Но
благодаря ему он теперь был спокоен: никто не сможет незамеченным про-
никнуть в страну, где приземлились рамерийцы. И также, если вдруг жите-
лям Гудвинии потребуется помощь, никто из них тайно не пройдет в Большой
мир.