Выбор сказок

Категории раздела
Линдгрен Астрид [2]
Братья Гримм [20]
Шарль Перро [2]
П. Амагуни [14]
ЧАО - победитель волшебников
АНЯ из Зеленых Мезонинов [40]
Люси Мод Монтгомери
Ганс Христиан Андерсен [58]
Сказки
Вероника Батхен [14]
Сказки
Страна Оз [341]
Баум Л.Ф.
Алиса в стране чудес [15]
Льюис Кэррол
Золотой горшок [15]
Эрнст Теодор Амадей Гофман
Академия пана Кляксы [15]
Ян Бжехва
Разные зарубежные [34]
ДЕТИ СТЕКЛОДУВА [21]
Мария ГРИПЕ
Новая энциклопедия для девочек [38]
Костёр в сосновом бору [37]
Приключения Чиполлино [30]
Старик Хоттабыч [56]
Скандинавия [25]
Орден Жёлтого Дятла [56]
Виталий Бианки (Сказки) [96]
Весёлое мореплавание Солнышкина [50]
Пропавшая Принцесса Страны Оз [30]
Торт в небе [67]
Город Королей [30]
Воспоминания о камне [37]
Александр Ферсман
Завтрашние сказки [156]
Абхазские народные сказки [34]

Воити


Последнее прочитанное
ВОЛК-ТРАВОЕД
ЭШЕЛОНЫ УШЛИ
За столом переговоров
ПРОКАЗНИЦА-МАРТЫШКА, ОСЕЛ... ДА КОСОЛАПЫЙ МИШКА
Перехваченное письмо
ЗАВЕЩАНИЕ КОРОЛЯ БОФАРО
НА ОСАДНОМ ПОЛОЖЕНИИ
ФОНТАН ЗАБВЕНИЯ
ЗЕБ ВОЗВРАЩАЕТСЯ НА РАНЧО
ПРИНЦЕССА ДОРОТИ
СТРАШИЛА ВЫИГРЫВАЕТ СРАЖЕНИЕ
Влияние образа жизни на длительность течения гепатита С
СТЕКЛЯННЫЙ КОТ НАХОДИТ ЧЕРНЫЙ ЧЕМОДАНЧИК
ГЛИНДА ИСПОЛНЯЕТ ЖЕЛАНИЕ ДОРОТИ

Статистика

Онлайн всего: 7
Гостей: 7
Пользователей: 0

Начало сказки

Попасть в сказку

Вход
Добро пожаловать Гость | RSS


Сказки


Вторник, 26.03.2019, 17:43
Главная » Файлы » Ганс Христиан Андерсен

ОЛЕ-ЛУКОЙЛЕ
18.11.2010, 15:12
Никто на свете не знает столько историй, сколько Оле-Лукойе. Вот мас-
тер рассказывать-то!
Вечером, когда дети смирно сидят за столом или на своих скамеечках,
является Оле-Лукойе. В одних чулках он подымается тихонько по лестнице,
потом осторожно приотворит дверь, неслышно шагнет в комнату и слегка
прыснет детям в глаза сладким молоком. Быстрый Кредит online Веки у детей начинают слипаться,
и они уже не могут разглядеть Оле, а он подкрадывается к ним сзади и на-
чинает легонько дуть им в затылок. Подует - и головки у них сейчас отя-
желеют. Это совсем не больно - у Оле-Лукойе нет ведь злого умысла; он
хочет только, чтобы дети угомонились, а для этого их непременно надо
уложить в постель! Ну вот он и уложит их, а потом уж начинает рассказы-
вать истории.
Когда дети заснут, Оле-Лукойе присаживается к ним на постель. Одет он
чудесно: на нем шелковый кафтан, только нельзя сказать, какого цвета, -
он отливает то голубым, то зеленым, то красным, смотря по тому, в какую
сторону повернется Оле. Под мышками у него по зонтику: один с картинками
- его он раскрывает над хорошими детьми, и тогда им всю ночь снятся вол-
шебные сказки, другой совсем простой, гладкий, - его он раскрывает над
нехорошими детьми; ну, они и спят всю ночь как убитые, и поутру оказыва-
ется, что они и они ровно ничего не видали во сне!
Послушаем же о том, как Оле-Лукойе навещал каждый вечер одного
мальчика, Яльмара, и рассказывал ему истории! Это будет целых семь исто-
рий, - в неделе ведь семь дней. Понедельник
- Ну вот, - сказал Оле-Лукойе, уложив Яльмара в постель, - теперь ук-
расим комнату!
И в один миг все комнатные цветы превратились в большие деревья, ко-
торые тянули свои длинные ветви вдоль стен к самому потолку, а вся ком-
ната превратилась в чудеснейшую беседку. Ветви деревьев были усеяны цве-
тами; каждый цветок по красоте и запаху был лучше розы, а вкусом (если
бы только вы захотели его попробовать) слаще варенья; плоды же блестели,
как золотые. Еще на деревьях были пышки, которые чуть не лопались от
изюмной начинки. Просто чудо что такое!
Вдруг в ящике стола, где лежали учебные принадлежности Яльмара, под-
нялись ужасные стоны.
Что там такое? - сказал Оле-Лукойе, пошел и выдвинул ящик.
- Что там такое?
Оказывается, это рвала и метала аспидная доска: в решение написанной
на ней задачи вкралась ошибка, и все вычисления готовы были рассыпаться;
грифель скакал и прыгал на своей веревочке, точно собачка: он очень хо-
тел помочь делу, да не мог. Громко стонала и тетрадь Яльмара, слушать ее
было просто ужасно! На каждой странице стояли большие буквы, а с ними
рядом маленькие, и так целым столбцом одна под другой - это была про-
пись; сбоку же шли другие, воображавшие, что держатся так же твердо. Их
писал Яльмар, и они, казалось, спотыкались об линейки, на которых должны
были стоять.
- Вот как надо держаться! - говорила пропись. - Вот так, с легким
наклоном вправо!
- Ах, мы бы и рады, - отвечали буквы Яльмара, - да не можем! Мы такие
плохонькие!
- Так вас надо немного подтянуть! - сказал Оле-Лукойе.
- Ой, нет! - закричали они и выпрямились так, что любо было глядеть.
- Ну, теперь нам не до историй! - сказал Оле-Лукойе. - Будем-ка уп-
ражняться! Раз-два! Раз-два!
И он довел все буквы Яльмара так, что они стояли уже ровно и бодро,
как твоя пропись. Но утром, когда Оле-Лукойе ушел и Яльмар проснулся,
они выглядели такими же жалкими, как прежде. Вторник
Как только Яльмар улегся, Оле-Лукойе дотронулся своею волшебной брыз-
галкой до мебели, и все вещи сейчас же начали болтать, и болтали они о
себе, - все, кроме плевательницы; эта молчала и сердилась про себя на их
тщеславность: говорят только о себе да о себе и даже не подумают о той,
что так скромно стоит в углу и позволяет в себя плевать!
Над комодом висела большая картина в золоченой раме; на ней была
изображена красивая местность: высокие старые деревья, трава, цветы и
широкая река, убегавшая мимо дворцов за лес, в далекое море.
Оле-Лукойе дотронулся волшебной брызгалкой до картины, и нарисованные
на ней птицы запели, ветви деревьев зашевелились, а облака понеслись по
небу; видно было даже, как скользила по земле их тень.
Затем Оле приподнял Яльмара к раме, и мальчик стал ногами прямо в вы-
сокую траву. Солнышко светило на него сквозь ветви деревьев, он побежал
к воде и уселся в лодочку, которая колыхалась у берега. Лодочка была
выкрашена в красное с белым, паруса блестели, как серебряные, и шесть
лебедей с золотыми коронами на шеях и сияющими голубыми звездами на го-
ловах повлекли лодочку вдоль зеленых лесов, где деревья рассказывали о
разбойниках и ведьмах, а цветы - о прелестных маленьких эльфах и о том,
что они слышали от бабочек.
Чудеснейшие рыбы с серебристою и золотистою чешуей плыли за лодкой,
ныряли и плескали в воде хвостами; красные и голубые, большие и ма-
ленькие птицы летели за Яльмаром двумя длинными вереницами; комары тан-
цевали, а майские жуки гудели: "Жуу! Жуу!"; всем хотелось провожать
Яльмара, и у каждого была для него наготове история.
Да, вот это было плавание!
Леса то густели и темнели, то становились похожими на прекрасные са-
ды, озаренные солнцем и усеянные цветами. По берегам реки возвышались
большие хрустальные и мраморные дворцы; на балконах их стояли принцессы,
и все это были знакомые Яльмару девочки, с которыми он часто играл.
Каждая держала в правой руке славного обсахаренного пряничного поро-
сенка - такого редко купишь у торговки. Яльмар, проплывая мимо, хватался
за один конец пряника, принцесса крепко держалась за другой, и пряник
разламывался пополам; каждый получал свою долю: Яльмар - побольше, прин-
цесса - поменьше. У всех дворцов стояли на часах маленькие принцы; они
отдавали Яльмару честь золотыми саблями и осыпали его изюмом и оловянны-
ми солдатиками, - вот что значит настоящие-то принцы!
Яльмар плыл через леса, через какие-то огромные залы и города...
Проплыл он и через город, где жила его старая няня, которая носила его
на руках, когда он был еще малюткой, и очень любила своего питомца. И
вот он увидел ее: она кланялась, посылала ему рукою воздушные поцелуи и
пела хорошенькую песенку, которую сама сложила и прислала Яльмару:
Мой Яльмар, тебя вспоминаю
Почти каждый день, каждый час!
Сказать не могу, как желаю
Тебя увидать вновь хоть раз!
Тебя ведь я в люльке качала,
Учила ходить, говорить
И в щечки и в лоб целовала.
Так как мне тебя не любить!
И птички подпевали ей, цветы приплясывали, а старые ивы кивали, как
будто Оле-Лукойе и им рассказывал историю. Среда
Ну и дождь лил! Яльмар слышал этот страшный шум даже во сне; когда же
Оле-Лукойе открыл окно, оказалось, что вода стоит вровень с подоконни-
ком. Целое озеро! Зато к самому дому причалил великолепнейший корабль.
- Хочешь прогуляться, Яльмар? - спросил Оле. - Побываешь ночью в чу-
жих землях, а к утру - опять дома!
И вот Яльмар, разодетый по-праздничному, очутился на корабле. Погода
сейчас же прояснилась; они проплыли по улицам, мимо церкви, и оказались
среди сплошного огромного озера. Наконец они уплыли так далеко, что зем-
ля совсем скрылась из глаз. По поднебесью неслась стая аистов; они тоже
собрались в чужие теплые края и летели длинною вереницей, один за дру-
гим. Они были в пути уже много-много дней, и один из них так устал, что
крылья отказывались ему служить. Он летел позади всех, потом отстал и
начал опускаться на своих распущенных крыльях все ниже и ниже, вот
взмахнул ими раз, другой, но напрасно... Скоро он задел за мачту кораб-
ля, скользнул по снастям и - бах! - упал прямо на палубу.
Юнга подхватил его и посадил в птичник к курам, уткам и индейкам.
Бедняга аист стоял и уныло озирался кругом.
- Ишь какой! - сказали куры.
А индейский петух надулся и спросил у аиста, кто он таков; утки же
пятились, подталкивая друг друга крыльями, и крякали: "Дур-рак!
Дур-рак!"
Аист рассказал им про жаркую Африку, про пирамиды и страусов, которые
носятся по пустыне с быстротой диких лошадей, но утки ничего не поняли и
опять стали подталкивать одна другую:
- Ну не дурак ли?
- Конечно, дурак! - сказал индейский петух и сердито забормотал.
Аист замолчал и стал думать о своей Африке.
- Какие у вас чудесные тонкие ноги! - сказал индейский петух. - Почем
аршин?
- Кряк! Кряк! Кряк! - закрякали смешливые утки, но аист как будто и
не слыхал.
- Могли бы и вы посмеяться с нами! - сказал аисту индейский петух. -
Очень забавно было сказано! Да куда там,
то это слишком низменно! И вообще нельзя сказать, чтобы он отличался
понятливостью. Что ж, будем забавлять себя сами!
И куры кудахтали, утки крякали, и это их ужасно забавляло.
Но Яльмар подошел к птичнику, открыл дверцу, поманил аиста, и тот
выпрыгнул к нему на палубу - он уже успел отдохнуть. Аист как будто пок-
лонился Яльмару в знак благодарности, взмахнул широкими крыльями и поле-
тел в теплые края. Куры закудахтали, утки закрякали, а индейский петух
так надулся, что гребешок у него весь налился кровью.
- Завтра из вас сварят суп! - сказал Яльмар и проснулся опять в своей
маленькой кроватке.
Славное путешествие проделали они ночью с Оле-Лукойе! Четверг Знаешь
что?
сказал Оле-Лукойе. - Только не пугайся! Я сейчас покажу тебе мышку! -
И правда, в руке у него была хорошенькая мышка. - Она явилась пригласить
тебя на свадьбу! Две мышки собираются сегодня ночью вступить в брак. Жи-
вут они под полом в кладовой твоей матери. Чудесное помещение, говорят!
- А как же я пролезу сквозь маленькую дырочку в полу? - спросил
Яльмар.
- Уж положись на меня! - сказал Оле-Лукойе.
Он дотронулся до мальчика своею волшебной брызгалкой, и Яльмар вдруг
стал уменьшаться, уменьшаться и наконец сделался величиною с палец.
- Теперь можно одолжить мундир у оловянного солдатика. По-моему, та-
кой наряд тебе вполне подойдет: мундир ведь так красит, а ты идешь в
гости!
- Хорошо! - согласился Яльмар, переоделся и стал похож на образцового
оловянного солдатика.
- Не угодно ли вам сесть в наперсток вашей матушки? - сказала Яльмару
мышка. - Я буду иметь честь отвезти вас.
- Ах, какое беспокойство для фрекен! - сказал Яльмар, и они поехали
на мышиную свадьбу.
Проскользнув в дыру, прогрызенную мышами в полу, они попали сначала в
длинный узкий коридор, здесь как раз только и можно было проехать в на-
перстке. Коридор был ярко освещен гнилушками.
- Правда ведь, чудный запах? - спросила мышка-возница. - Весь коридор
смазан салом! Что может быть лучше?
Наконец добрались и до зала, где праздновалась свадьба. Направо, пе-
решептываясь и пересмеиваясь, стояли мышкидамы, налево, покручивая лап-
ками усы, - мышки-кавалеры, а посередине, на выеденной корке сыра, воз-
вышались сами жених с невестой и целовались на глазах у всех. Что ж, они
ведь были обручены и готовились вступить в брак.
А гости все прибывали да прибывали; мыши чуть не давили друг друга
насмерть, и вот счастливую парочку оттеснили к самым дверям, так что ни-
кому больше нельзя было ни войти, ни выйти. Зал, как и коридор, был весь
смазан салом, другого угощенья и не было; а на десерт гостей обносили
горошиной, на которой одна родственница новобрачных выгрызла их имена,
то есть, конечно, всего-навсего первые буквы. Диво, да и только!
Все мыши объявили, что свадьба была великолепна и что они очень при-
ятно провели время.
Яльмар поехал домой. Довелось ему побывать в знатном обществе, хоть и
пришлось порядком съежиться и облечься в мундир оловянного солдатика.
Пятница
- Просто не верится, сколько есть пожилых людей, которым страх как
хочется залучить меня к себе! - сказал ОлеЛукойе. - Особенно желают это-
го те, кто сделал что-нибудь дурное. "Добренький, миленький Оле, - гово-
рят они мне, - мы просто не можем сомкнуть глаз, лежим без сна всю ночь
напролет и видим вокруг себя все свои дурные дела. Они, точно гадкие ма-
ленькие тролли, сидят по краям постели и брызжут на нас кипятком. Хоть
бы ты пришел и прогнал их. Мы бы с удовольствием заплатили тебе, Оле! -
добавляют они с глубоким вздохом. - Спокойной же ночи, Оле! Деньги на
окне!" Да что мне деньги! Я ни к кому не прихожу за деньги!
- А что мы будем делать сегодня ночью? - спросил Яльмар.
- Не хочешь ли опять побывать на свадьбе? Только не на такой, как
вчера. Большая кукла твоей сестры, та, что одета мальчиком и зовется
Германом, хочет повенчаться с куклой Бертой; а еще сегодня день рождения
куклы, и потому готовится много подарков!
- Знаю, знаю! - сказал Яльмар. - Как только куклам понадобится новое
платье, сестра сейчас празднует их рождение или свадьбу. Это уж было сто
раз!
- Да, а сегодня ночью будет сто первый, и, значит, последний! Оттого
и готовится нечто необыкновенное. Взгляни-ка!
Яльмар взглянул на стол. Там стоял домик из картона; окна были осве-
щены, и все оловянные солдатики держали ружья на караул. Жених с невес-
той задумчиво сидели на полу, прислонившись к ножке стола; да, им было о
чем задуматься! Оле-Лукойе, нарядившись в бабушкину черную юбку, обвен-
чал их.
Затем молодые получили подарки, но от угощения отказались: они были
сыты своей любовью.
- Что ж, поедем теперь На дачу или отправимся за границу? - спросил
молодой.
На совет пригласили опытную путешественницу ласточку и старую курицу,
которая уже пять раз была наседкой. Ласточка рассказала о теплых краях,
где зреют сочные, тяжелые кисти винограда, где воздух так мягок, а горы
расцвечены такими красками, о каких здесь и понятия не имеют.
- Зато там нет нашей кудрявой капусты! - сказала курица. - Раз я со
всеми своими цыплятами провела лето в деревне; там была целая куча пес-
ку, в котором мы могли рыться и копаться сколько угодно! А еще нам был
открыт вход в огород с капустой! Ах, какая она была зеленая! Не знаю,
что может быть красивее!
- Да ведь качаны похожи, как две капли воды! - сказала ласточка. - К
тому же здесь так часто бывает дурная погода.
- Ну, к этому можно привыкнуть! - сказала курица.
- А какой тут холод! Того и гляди, замерзнешь! Ужасно холодно!
- То-то и хорошо для капусты! - сказала курица. - Да, в конце-то кон-
цов, и у нас бывает тепло! Ведь четыре года тому назад лето стояло у нас
целых пять недель! Да какая жарища-то была! Все задыхались! Кстати ска-
зать, у нас нет ядовитых тварей, как у вас там! Нет и разбойников! Надо
быть отщепенцем, чтобы не находить нашу страну самой лучшей в мире! Та-
кой недостоин и жить в ней! - Тут курица заплакала. - Я ведь тоже путе-
шествовала, как же! Целых двенадцать миль проехала в бочонке! И никакого
удовольствия нет в путешествии!
- Да, курица-особа вполне достойная! - сказала кукла Берта. - Мне то-
же вовсе не нравится ездить по горам - то вверх, то вниз! Нет, мы перее-
дем на дачу в деревню, где есть песочная куча, и будем гулять в огороде
с капустой.
На том и порешили. Суббота
- А сегодня будешь рассказывать? - спросил Яльмар, как только Оле-Лу-
койе уложил его в постель.
- Сегодня некогда! - ответил Оле и раскрыл над мальчиком свой краси-
вый зонтик. - Погляди-ка вот на этих китайцев!
Зонтик был похож на большую китайскую чашу, расписанную голубыми де-
ревьями и узенькими мостиками, на которых стояли маленькие китайцы и ки-
вали головами.
- Сегодня надо будет принарядить к завтрашнему дню весь мир! - про-
должал Оле. - Завтра ведь праздник, воскресенье! Мне надо пойти на коло-
кольню - посмотреть, вычистили ли церковные карлики все колокола, не то
они плохо будут звонить завтра; потом надо в поле - посмотреть, смел ли
ветер пыль с травы и листьев. Самая же трудная работа еще впереди: надо
снять с неба и перечистить все звезды. Я собираю их в свой передник, но
приходится ведь нумеровать каждую звезду и каждую дырочку, где она сиде-
ла, чтобы потом каждую поставить на свое место, иначе они не будут дер-
жаться и ПОСЫПАЮТСЯ с неба одна за другой!
- Послушайте-ка вы, господин Оле-Лукойе! - сказал вдруг висевший на
стене старый портрет. - Я прадедушка Яльмара и очень вам признателен за
то, что вы рассказываете мальчику сказки; но вы не должны извращать его
понятий. Звезды нельзя снимать с неба и чистить. Звезды - такие же не-
бесные тела, как наша Земля, тем-то они и хороши!
- Спасибо тебе, прадедушка! - отвечал Оле-Лукойе. - Спасибо! Ты -
глава фамилии, родоначальник, но я все-таки постарше тебя! Я старый
язычник; римляне и греки звали меня богом сновидений! Я имел и имею вход
в знатнейшие дома и знаю, как обходиться и с большими и с малыми. Можешь
теперь рассказывать сам!
И Оле-Лукойе ушел, взяв под мышку свой зонтик.
- Ну, уж нельзя и высказать своего мнения! - сказал старый портрет.
Тут Яльмар проснулся. Воскресенье
- Добрый вечер! - сказал Оле-Лукойе.
Яльмар кивнул ему, вскочил и повернул прадедушкин портрет лицом к
стене, чтобы он опять не вмешался в разговор.
- А теперь ты расскажи мне историю про пять зеленых горошин, родив-
шихся в одном стручке, про петушиную ногу, которая ухаживала за куриной
ногой, и про штопальную иглу, что воображала себя швейной иголкой.
- Ну нет, хорошенького понемножку! - сказал ОлеЛукойе. - Я лучше по-
кажу тебе кое-что. Я покажу тебе своего брата, его тоже зовут Оле-Луко-
йе. Но он знает только две сказки: одна бесподобно хороша, а другая так
ужасна, что... да нет, невозможно даже и сказать как!
Тут Оле-Лукойе приподнял Яльмара, поднес его к окну и сказал:
- Сейчас ты увидишь моего брата, другого Оле-Лукойе. Кафтан на нем
весь расшит серебром, что твой гусарский мундир; за плечами развевается
черный бархатный плащ! Гляди, как он скачет!
И Яльмар увидел, как мчался во весь опор другой ОлеЛукойе и сажал к
себе на лошадь и старых и малых. Одних он сажал перед собою, других по-
зади; но сначала каждого спрашивал:
- Какие у тебя отметки за поведение?
- Хорошие! - отвечали все.
- Покажи-ка! - говорил он.
Приходилось показывать; и вот тех, у кого были отличные или хорошие
отметки, он сажал впереди себя и рассказывал им чудесную сказку, а тех,
у кого были посредственные или плохие, - позади себя, и эти должны были
слушать страшную сказку. Они тряслись от страха, плакали и хотели спрыг-
нуть с лошади, да не могли-они сразу крепко прирарастали к седлу.
- А я ничуть не боюсь его! - сказал Яльмар.
- Да и нечего бояться! - сказал Оле. - Смотри только, чтобы у тебя
всегда были хорошие отметки!
- Вот это поучительно! - пробормотал прадедушкин портрет. - Все-таки,
значит, не мешает иногда высказать свое мнение.
Он был очень доволен.
Вот вся история об Оле-Лукойе! А вечером пусть он сам расскажет тебе
еще что-нибудь.
Категория: Ганс Христиан Андерсен | Добавил: tyt-skazki
Просмотров: 5711 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Слушать сказки

Популярное
ГНОМ В КАРМАНЕ
Непокорный князь
БАБУШКИНЫ ПИРОЖКИ и канадская технология
Цвет Измены
НЕТ КОЗЫ С ОРЕХАМИ
ТИТО
ПОЯВЛЕНИЕ ВОЛШЕБНИКА
РЕГОС И КОРЕГОС
Русалка в пруду
ДОРОТИ СОВЕТУЕТСЯ С ОЗМОЙ
ГОРА ЖЕВУНЬЯ
СПРАВЕДЛИВЫЙ СУД
Норма фолиевой кислоты

Случайная иллюстрация

СказкИ ТуТ © 2019