Путешественники очень старались, но собраться в дорогу им удалось только через три часа. Распихав быстренько все вещи по каютам и отсекам, Самоделкин ещё около часа заправлял летающую машину горючим и смазывал все механизмы специальным машинным маслом. Когда всё было готово, Самоделкин дёрнул за рычаг, Дрындолёт подпрыгнул, оторвался от Земли, взмыл в голубое небо и словно птица рванул к звёздам. А через несколько минут путешественники были уже в открытом космосе. Космический корабль летел очень быстро и почти бесшумно.
– Что-то я не пойму, – почесав длинный нос, минут через пять, спросил шпион Дырка. – Мы летим или не летим?
– Верно, на месте стоим, – кивнул головой пират Буль-Буль.
– Как это на месте? – не понял Карандаш.
– А так, на месте, – пояснил длинноносый разбойник. – Сначала что-то вспыхнуло, а потом тишина, ни взрыва, ни грохота я не слышал.
– Правильно, – выкрикнул рыжебородый пират. – Если бы мы взлетели, то услышали бы и какой-нибудь грохот при старте Дрындолёта.
– И чему вас только в вашей школе следопытов обучали, – засмеялся Самоделкин. – Вы не услышали грохота при старте потому, что мой корабль мчится быстрее, скорости звука.
– Как это быстрее звука? – удивился пират Буль-Буль.
– Да очень просто, – пояснил Самоделкин. – Если ты, Буль-Буль, будешь стоять на одном конце большого картофельного поля и кричать, а Дырка на другом конце этого же поля будет слушать, то мой Дрындолёт пролетит над вашими головами быстрее, чем крик Буль-Буля долетит до ушей Дырки, – пояснил Самоделкин.
– Хоть ножом меня режьте, в эту ерунду я ни за что не поверю, – гордо заявил пират Буль-Буль. – Уж если я рявкну, то мой крик никто, ни на каком Дрындолёте не обгонит.
– Верно, – засмеялся шпион Дырка. – И потом, как это крик Буль-Буля может с Дрындолётом соревноваться, кто быстрее через поле перелетит, если Дрындолёт видно, а Буль-Булевский крик вовсе не видно? – совсем уже запутался длинноносый шпион.
– Ну вы и неучи! – засмеялся профессор Пыхтелкин. – Вы что, в школе не учились, что ли?
– Больно надо, – скривился Дырка. – Мы и так всё на свете знаем, потому что мы – следопыты.
– Внимание! – сказал Самоделкин. – Приготовиться, Дрындолёт входит в состояние невесомости. Сейчас всё будет летать!
И не успел железный человечек закончить фразу, как тут же всех словно подбросило, и космонавты стали летать по Дрындолёту как сонные, ленивые мухи.
– Ага, значит, мы всё-таки летим, – сказал шпион Дырка с удивлением, – хотя я так ничего и не понял.
– А что это за искры такие за окном мелькают? – удивился пират Буль-Буль.
– Это звёзды, – ответил профессор Пыхтелкин. – Просто мы летим так быстро, что звёзды проносятся за иллюминатором, словно стая светлячков в ночном небе.
– Как бы мы в Луну не врезались, – плавая по кораблю словно медуза, боязливо всматриваясь в окно, поёжился шпион Дырка. – Вон она к нам с какой скоростью приближается.
– Точно, сейчас на Луну грохнемся, – выдохнул Буль-Буль.
– На самом деле мы на Луну вовсе не падаем, а просто летим мимо неё, но так как Луна сверху, а мы снизу, такое ощущение, что мы на неё падаем, – пояснил Самоделкин. – Понятно?
– Ничего не понятно, – огрызнулся Буль-Буль. – Ещё больше меня запутал.
– Караул! Сейчас грохнемся! Сейчас грохнемся! Сейчас грохнемся! – метался из стороны в сторону шпион Дырка и прикрывал на всякий случай голову руками.
Но космический корабль не грохнулся, а проплыл рядом с Луной и полетел дальше, по направлению к Марсу.
Немного успокоившись, разбойники решили подкрепиться. Для этого они прямиком полетели в пищевой отсек, где хранились космические продукты.
Так как в космосе невесомость, то космонавтам приходится есть из тюбиков. На каждом тюбике было написано, что там внутри: картошка, кисель или мармелад. Толком не разобравшись, как из этих тюбиков следует есть, разбойники так перемазались мармеладом и картофельным пюре, что смотреть на них было страшно. Кроме того, шпион Дырка случайно раздавил тюбик с киселем, и теперь кисель плавал по всему Дрындолёту, прилипая ко всем космонавтам.
Карандаш и его друзья разглядывали в большой иллюминатор планеты, которые встречались им на пути.
– Смотрите, это же Венера, – показал в иллюминатор Пыхтелкин. – На этой планете днём и ночью бушуют ураганы. Это самая жаркая планета из всех, и самая красивая.
– Красивая? – удивился Карандаш.
– Венера чёрного цвета, – сказал географ. – Небо у этой планеты красное, а облака жёлтые. Венеру иногда даже называют планетой жёлтых облаков.
– Но Юпитер всё же лучше, – заметил Карандаш. – Это самая огромная планета, больше только Солнце. А ещё Юпитер называют «Планетой разноцветных вихрей».
– Глядите, а вон Сатурн, – обратил внимание Самоделкин. – Самая удивительная планета.
– Почему? – удивился пират Буль-Буль. – Что в ней такого необычного? – спросил разбойник, слизывая остатки повидла с рыжей бороды.
– Эта планета розовая, – ответил Самоделкин.
– А Марс? – спросил шпион Дырка. – Какого он цвета? – прищурив глаза, задал вопрос длинноносый шпион.
– Марс красно – бурый, словно огонь, – ответил профессор.
– Завтра мы увидим всё своими глазами. А теперь давайте ложиться спать, – строго сказал железный человечек и, зевнув, первым полетел в свою каюту.
Наступила короткая, но очень чёрная космическая ночь.
|
